«Либерализм на словах, на деле — тоталитарная секта»: бывший соратник Навального — о внутренней кухне оппозиции

Ещё несколько лет назад москвич Александр Ларенков был заметным активистом, стоял на протестных акциях плечом к плечу с ведущими оппозиционерами, работал в команде Алексея Навального на выборах мэра Москвы в 2013-м. Он также занимался продвижением оппозиционных кандидатов на муниципальных выборах, был членом незарегистрированной Партии 5 декабря и посещал международные тренинги для либеральной молодёжи, организованные американскими фондами. Только вот теперь либеральное сообщество вряд ли назовёт его своим — Ларенков разочаровался в современном российском активизме и отстранился от политики. В беседе с RT он пояснил, что вызвало в нём такие перемены, и рассказал о внутренней кухне несистемного оппозиционного движения.

— Давай начнём с начала. Как ты стал сторонником Навального?

— Я работал в центральном аппарате «Справедливой России». И в 2011 году, когда начались массовые протесты, «белоленточное» движение, я начал поддерживать эти протесты. Ходил на различные митинги, шествия. Дальше я продолжал работать в «Справедливой России». В то же самое время стал там наблюдателем на выборах. И меня засосало. Дальше у нас был 2012 год, выборы в координационный совет оппозиции, я принимал участие в организации этих выборов. Стал учредителем и вошёл в федеральный координационный совет Партии 5 декабря. Потом, когда в 2013 году у нас случились выборы мэра Москвы, я от Партии 5 декабря был прикомандирован к Навальному.

— Прикомандирован? То есть там прямо так вот, расчёты делили? Ты попал в эту структуру Навального, по сути, потому что был в дружеской какой-то организации?

— Да. Потом, после этих выборов, с 2012 года начал ездить в Эстонию, в фонд Сороса*, проходить разные обучения и так далее. После этого, в 2015, по-моему, уже году, я перешёл из Партии 5 декабря в ПАРНАС. В рамках Демократической коалиции возглавлял штаб, один из штабов в Калужской области, на выборах 2015 года. Потом в оппозиции случился раскол.

— Давай перейдём к твоим иностранным поездкам. Я правильно понимаю, что всех политических активистов, весомых функционеров, которые работали на выборах, готовили там? То есть они получали определённый багаж нужных знаний от североамериканских фондов. Расскажи, кто эти самые кураторы, о чём ты с ними общался?

— Эти люди возглавляли в фондах направления, связанные с Россией, были директорами по России, по Евразии. Потом, когда в 2014 году на Украине случилась революция, переворот, после этого они как-то там оказались все.

— Ты ездил в Польшу и Эстонию на какие-то курсы от западных фондов. Встречался там с кем-нибудь из известных российских оппозиционеров?

— В Эстонии я встречался с Волковым (глава штабов Навального** Леонид Волков. — RT). В Польше — с Олегом Степановым (возглавлял московский штаб Навального. — RT).

— Очевидно, эти курсы направлены на вмешательство во внутренние дела России, на формирование определённого электорального избирательного лобби. У тебя не было чувства разочарования, что ты приезжаешь к ним — и они прямо откровенно готовят вас, чтобы долбить Россию изнутри? Ты не испытывал чувства неприязни?

— Понимаешь, тогда я был достаточно демшизовым человеком. Не знаю, как так получилось, но в какой-то момент мои мозги промылись. А тогда нам внушали внутри российской оппозиции, что чем хуже, тем лучше, что вот-вот режим рухнет, надо поднажать — и мы будем жить в прекрасной России будущего. Ну, естественно, там, возможно, каждый получит какую-то должность в этой прекрасной России будущего.

— Чему конкретно обучали на этих курсах? Побеждать на выборах, свергать власть?

— Нас учили привлекать деньги. То есть фандрайзингу, краудфандингу. Учили собирать людей, работать в соцсетях. Устраивать протестные акции. Проводить выборы. От того, во что должен быть одет человек и куда смотреть на фотографиях, до того, как защищать результаты, устраивать протестные акции в случае проигрыша на выборах.

— А как обучение строилось? То есть вы прямо, как студенты, сидели в аудиториях в закрытом режиме?

— Да, часов по восемь в день мы сидели, писали. Перед нами выступали лекторы. Лекторы сменялись. Там были пятиминутные какие-нибудь перерывы на перекур — и так далее.

— Но Запад ведь не добрые самаритяне, они деньги просто так не тратят и сорить ими не намерены. Я так понимаю, они оплачивали вам бесплатно туда всю дорогу, транспорт?

— Конечно.

— Они помогали вам с получением визы?

— Да.

— Они оплачивали вам получение визы?

— Да.

— Они оплачивали вам там проживание?

— Да.

— Они давали вам некие суточные, чтобы вы могли весело проводить время?

— Нет, просто счета оплачивались.

— То есть они оплачивали вам примерно всё.

— Да.

— Почему ты прекратил заниматься оппозиционной политической деятельностью?

— Я разочаровался в оппозиции, потому что она у нас проявляет антироссийскую направленность. Я долго пытался достучаться до разного оппозиционного руководства с идеей того, что либерализм может быть и патриотическим, но меня не хотели слышать. И я решил, что мне не по пути с людьми, для которых Россия является территорией, а не страной.

— С кем ты общался на эту тему и не нашёл отклика?

— С Яшиным (оппозиционным политиком, московским муниципальным депутатом Ильёй Яшиным. — RT), Волковым. Будучи в ПАРНАСе, я озвучивал это тому же Михаилу Касьянову, но поддержки не нашёл, потому что каждый тянет одеяло на себя.

— Именно поэтому не удалось объединить всю либеральную оппозицию?

— В 2015 году мы создали Демократическую коалицию. В неё вошли партии ПАРНАС, «Демвыбор», Партия 5 декабря и партия, которую в то время создавал Навальный (также туда вошла Либертарианская партия, но коалиции не удалось совместно провести ни одной избирательной кампании, а в 2016 году она окончательно распалась. — RT). Мы договорились идти на выборы вместе. Но тут же встал вопрос — от какой партии пойдут кандидаты? Все предлагали свою партию.

Это было выгодно потому, что западные партнёры подбирают себе кого-то одного. Если бы какая-то одна организация пошла на выборы, то именно ей было бы уделено больше внимания западных кураторов, общение с руководством европейских и американских структур, поездки в Европарламент, выступления. Всё это досталось бы лидеру той организации, которая идёт на выборы. Были жёсткие споры.

— Из-за чего у тебя произошёл конфликт с Волковым?

— Это было во время муниципальных выборов в 2015 году. Волков и Милов (Владимир Милов, оппозиционный политик, один из авторов на YouTube-канале «Навальный LIVE». — RT) в рамках Демкоалиции занимались продвижением кандидата и пригласили одного политтехнолога, который был известен грязными методами ведения кампаний.

Я отказался участвовать в рисовке подписей, а выявил её Максим Кац. Я общался с Кацем, и за нашу позицию Волков меня возненавидел. Вообще, Кац для Волкова — как красная тряпка для быка.

— Почему?

— Они девушку не поделили. Эта история ещё с выборов мэра Москвы 2013 года. Тогда Волков пытался агрессивно подкатывать к своим подчинённым и получил отказ от девушки, которая впоследствии стала встречаться с Максимом Кацем. Волков очень ревностно относится к людям, которые делают то, что ему не нравится, или не подчиняются ему. Он любит лизоблюдов.

— То есть Руслана Шаведдинова, Владимира Милова и Ивана Жданова сейчас можно назвать лизоблюдами?

— Они говорят то, что нравится Волкову. Он любит таких слабых людей.

Зачем Жданов Волкову? Он же двух слов связать не может в своих выступлениях на камеру. Зачем его ставить директором ФБК*** (Фонда борьбы с коррупцией. — RT)?

— Зачем?

— Ему (Жданову. — RT) отводилась роль зиц-председателя Фунта. Но потом всё пошло немного иначе. А вот у Милова связи с Республиканской партией США. Он был дружен с Маккейном. Он обладает знакомствами и связями ещё со времён, когда работал в правительстве Михаила Касьянова. Но как только Волков лично наладит контакты со всеми необходимыми людьми на Западе, перехватит всю сетку контактов Милова, последний будет уже не нужен.

— То есть Волков просто использует своих соратников и друзей?

— Какие друзья? Если вас обвиняют в чём-то Навальный или Волков, многие активисты, которые думали, что вы друзья, просто вычёркивают вас. В этом мире мнение вождя важнее, чем мнение их друга. Это секта, по сути дела. И в этой секте нельзя говорить то, что ты думаешь.

— В чём Волков обвинил тебя?

— В том, что я работаю на полицию. Он публично писал об этом в соцсетях. При этом он не хотел обсудить, что произошло. Просто забанил меня.

— Какое впечатление на тебя произвёл Навальный?

— На мой взгляд, Навальный — это проект. У меня такое ощущение, что после того, как их свели общие партнёры с Волковым, Волков перехватил инициативу и начал руководить процессом. Навальный стал говорящей головой, а решает всё Волков.

— То есть ты разделяешь мнение, что это Волков убедил Навального вернуться в Россию из Германии?

— Безусловно, Волков настоял на этом. Сейчас в команде Навального раскол. Часть соратников во главе с Волковым скрылись в Европе, часть, в том числе Любовь Соболь, остались. Есть определённые разногласия между ними.

— Почему они не воюют в открытую, хотя есть ряд разногласий по ключевым вопросам?

— Потому что у них одни и те же источники финансирования. Они и так зачистили всю российскую оппозиционную поляну. По сути, остались одни. И если они сейчас начнут открыто ругаться друг с другом, это не понравится их спонсорам на Западе.

— Почему тогда не уезжают те же Соболь, Кира Ярмыш, Анастасия Васильева?

— Те, кто смог доказать своему руководству, что в России им грозит опасность, уехали. А те, кому руководство не разрешило, сидят здесь. Чтобы уехать, ещё нужны рекомендации, а они есть не у всех.

— У Соболь нет рекомендаций?

— Её скорее держат дети и муж, который не даёт согласия на выезд ребёнка за границу. Она всё-таки мать и без ребёнка не уедет.

— Ты окончательно разочаровался в российском либерализме?

— Если посмотреть на прозападных либералов, то можно смело брать их в кавычки. У них либерализм только на словах. На деле — тоталитарная секта и зарабатывание денег. Я прекратил сотрудничество с западными фондами после того, как мне почему-то пришлось оправдываться за свою страну. Я отказался это делать.

— Когда и где это было?

— Это было в Варшаве в 2015 году. Шла конференция либеральных представителей стран СНГ. Там присутствовал Андрей Парубий (на тот момент заместитель председателя Верховной рады Украины. — RT). Когда организаторы конференции, американцы, предложили нам покаяться и извиниться, в том числе и перед Парубием, мы отказались это делать. Больше я на такие конференции не ездил.

Виталий Серуканов, Алексей Репин. RT

* Фонд «Открытое общество» (Open Society Foundation) — организация, деятельность которой признана нежелательной на территории РФ по решению Генеральной прокуратуры от 26.11.2015.

** Общественное движение «Штабы Навального» — организация признана экстремистской, её деятельность запрещена на территории России по решению Мосгорсуда от 09.06.2021.

*** Фонд борьбы с коррупцией включён в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента, по решению Министерства юстиции РФ от 09.10.2019. Организация признана экстремистской, её деятельность запрещена на территории России по решению Мосгорсуда от 09.06.2021.